Пятница, 21 июля 2017

Климат в семье

О том, почему жены зачастую плачут от православных мужей, размышляет протоиерей Игорь Прекуп

Отец Игорь, почему жёны плачут от православных мужей?

— «Вопрос, конечно, интересный...» Опять же, кого считать православными, по каким признакам? Кто в наше время не токмо на просторах Руси великой, но и за её пределами (среди так называемого «русскоязычного населения») — не православен?

Как я понимаю, под «православными» имеются в виду «воцерковленные», то есть не только уподобляющиеся в своей самоидентификации евангельским иудеям, горделиво называвшим себя чадами Авраама (мы помним, что таковым отвечает Иоанн Предтеча (Мф. 3:9), но и пытающиеся, что называется, «соответствовать»: молиться, поститься и далее по списку.

И вопрос Ваш продиктован вполне уместным недоумением: с «нехристями» понятно, что с них взять, у них же нет понятия ни о вечных ценностях, ни о заповедях, ни об основе основ — страхе Божием, но православные-то должны быть ангелами во плоти, ан нет... плачут и от них тоже! Почему?!

А потому же, почему и от «прочих человеков». Только сначала давайте сделаем небольшое уточнение: если от кого-то плачут, это ещё не 100%, что по его вине. Иногда причина в самой плакальщице (вся, большая или частичная — другой вопрос).

Так вот, если от православного мужа жена обоснованно плачет, причина причин та же, что и в других, «необремененных религиозными предрассудками», семьях: эгоизм или по-русски — себялюбие (не путать с заповеданной любовью к себе).

А в чем упомянутый порок проявляется да чем себя оправдывает — это уже область, скажем так, социо-культурной специфики конкретной личности.

К примеру, не хочет муж заботиться о жене, детях, вести себя ответственно, работать над собой, развиваться, искать работу и трудиться (кстати, лень — последовательная противница дискриминации по религиозному признаку).

Если «неправославный» на укор жены огрызнётся или начнёт плести какую-то ахинею о своих усердных поисках, чьих-то кознях и прочем, то «православный» начнёт «глаголати от Писания и Отцев» об искушениях вражьих, о воле Божией, о терпении и, конечно же, о мире, который надлежит хранить ради Христа.

А все разговоры, которые могут его поколебать (в том числе и напоминания о, мягко говоря, нерасторопности в поиске работы), следует отложить, даже решительно отбросить прочь, как бесовский соблазн, имеющий целью разрушить в семье иерархическое начало, уподобив «малую церковь» мирской семье, уже до основания разрушенной происками мирового заговора... во-о-от! Смиряться надо и терпеть (говорится как бы про обоих супругов, но относится, конечно же, к жене). А за терпенье, глядишь, Господь пошлёт жене ещё одну работу: надо же кому-то семью кормить? — вот жена сама и заработает на еду, сама её закупит (не годится же мужчине с авоськами бегать) и сама же приготовит. Ну, что сказать, если нам положена только одна жена, как с гордостью заметил товарищ Сухов, и все она должна делать одна, как удручённо заметила Гюльчатай?..

Вот и просыпается в некоторых мужьях тиран...

— Да, деспотизм — тоже порок, встречающийся без разбора среди людей разных слоёв и убеждений, но... в религиозной семье он становится изощренным, потому как находит оправдание в односторонне понятом иерархическом принципе и абсолютизированных патриархальных традициях.

Особенно трудно убедить мужа в порочности его деспотизма, когда он преуспевает в заботе о своей семье: обеспечивает её, занимается воспитанием детей или, в случае большой занятости на работе, по меньшей мере, контролирует этот процесс.

Но в чем тут может проявиться эгоизм? Он ведь всего себя отдаёт на благо семьи, благо его жены и детей — его цель?

Да, только можно оставаться эгоистом и трудясь, и заботясь, если цель — удовлетворение собственных потребностей в уважении к себе и в контроле и власти над другими людьми (пусть их круг ограничится хотя бы домашними).

В случае с православным деспотом мы получаем совершенно непрошибаемую линию оборонительных сооружений, состоящую из подогнанных одну под другую цитат, опять же, из Писания и Отцов, из «Домостроя», из «православнутых» брошюрок и газет, ну и, разумеется, из «благословений» духовника (что на самом деле может являться весьма вольной интерпретацией «православным мужем» полученных им пастырских советов).

Жена смеет иметь собственное мнение? — Её забросают святоотеческими цитатами о том, что жена первая согрешила и ввела мужа в грех своим советом.

Она смеет возражать? — Её оглушат выдернутым из контекста призывами апостола Павла к христианским жёнам, повиноваться «своим мужьям, как Господу» (Еф. 5:22) и «жена да боится своего мужа» (ст. 33).

Супруга даёт понять мужу, что их близость была чрезмерно скоротечной и хорошо бы ему, чуть погодя, вновь оказать ей «должное благорасположение» (1 Кор. 7:3)? — Он, будучи как бы оскорблен в своих прекрасных к ней чувствах, до глубины души содрогнётся и произнесёт: «Ты как путана...», — вразумив её попутно цитатой о необходимости быть умеренными в плотской близости, как греховной по причине характерной «безудержной страсти».

Она считает его сексуальное поведение грубым, потребительским, а потому обидным и в данный момент не расположена к интимной близости? — Он сошлётся на слова Апостола, что «жена не властна над своим телом, но муж» (1 Кор. 7:4), и справит свою нужду, невзирая на её слезы...

Одним словом, специфика плача жён обусловлена не православностью, а фарисейством мужей; фарисейством, которому свойственно оправдывать порок притянутыми за уши высшими мотивами и выдавать его за добродетель.

Не иерархический принцип тут виноват, не Писание с Преданием плохи, но плохи и виноваты мужья, лукаво их трактующие и злоупотребляющие доверием своих жён и их искренним стремлением угодить Богу.

От многих женщин слышал о пресловутом мужском эгоизме, насколько сильно, по-вашему, мужчина подвержен эгоизму?

— Ну, да... есть, пожалуй, этакая «гендерная специфика» у эгоизма. Ну и что? Из этого не следует ни того, что среди мужчин эгоистов больше, чем среди женщин, или что мужчины эгоистичней женщин. Статистики не знаю, но женская природная жертвенность нередко бывает очень даже эгоистична по своей сути, если копнуть поглубже.

Многие воцерковленные мужья, в основном, душевные, а не духовные люди. В этой связи, может, им стоит изучать психологию для повышения их уровня культуры общения в семье?

— Психологию не мешало бы в самых основных чертах изучать тем, кто хочет измениться сам. К сожалению, слишком часто приходится сталкиваться с тем, что человек интересуется психологией не столько для того, чтобы разобраться в себе и что-то исправить, сколько для того, чтобы научиться манипулировать людьми.

Эгоист, вооружённый психологией — это кошмар и ужас. Так что знание психологии — отнюдь не панацея. Как говорится, «бодливой корове Бог рог не дал»: если человек не меняет своих аморальных установок, пусть уж он хоть «безрогим» (в только что упомянутом смысле) будет.

Если бы православные мужья стали ещё и хорошими психологами, то их жены меньше бы плакали от семейных разногласий?

— В зависимости от того, какие цели ставили бы перед собой эти «хорошие психологи». Умеючи, можно так зацепить, что слез не будет. Будет шрам на сердце и панический страх, что, если она «будет себя плохо вести», он её вновь ударит по тому же месту.

Но это опять же вне зависимости от религиозной принадлежности. Разумеется, если муж и в самом деле хочет быть христианином, а слезы жены — следствие его неуклюжести и невежества, несомненно, элементарные знания о психологии ему просто необходимы.

Как вы думаете, если муж начнёт больше себя ценить, то он лучше станет относиться к жене?

— Я бы сказал по-другому: если муж начнёт себя лучше ценить, то он лучше станет относиться к жене. «Лучше» не значит «выше». Лучше себя ценит тот, кто оценивает себя, исходя из истинного представления о человеке.

Основой для формирования такого представления является Божественное Откровение, согласно которому человек — образ Божий, а заповеди — указатели пути возвращения в Отечество, пути спасения, пути восстановления в себе поруганного образа и уподобления Отцу Небесному. В этом случае человек себя очень высоко ценит и в то же время отдаёт себе отчёт в том, что реальное состояние его души весьма далеко от того, к которому его призывает Господь.

Мыслящий в этом ключе человек понимает, что вышеупомянутые слова Апостола, обязывающие жену повиноваться мужу, «как Господу», следует понимать, прежде всего, применительно к своему положению в семье, согласно изначальному замыслу Божиему о человеке, но с поправкой на его фактическое состояние: падшее, в лучшем случае исцеляющееся.

Так что ответ: да, станет, если это «больше» будет основываться на верном представлении о человеческом достоинстве и смиренном отношении к себе, грешному.

Как вы считаете, изменится ли психологический климат в семье, если православный муж совсем откажется от употребления спиртного?

— Отказываться-то по-разному можно. Если уместно всерьёз говорить о страсти пьянства или об алкоголизме (это не тождественные понятия), если отказ не замешан на гордости, если нет перекосов с отношением к алкоголю как скверному яду (что доходит порой до какого-то изуверства), если не путаются причины и следствия, цели и средства, то, пожалуй, да, изменится. В лучшую сторону.

Если же по гордости и прочим «неуважительным» причинам... тоже изменится. Но в худшую сторону. Потому что те же страсти найдут себе другие пути реализации, но теперь они еще будут дополнительно катализированы гордостью мнимого аскетизма.

Должна ли жена указывать мужу на его ошибки и пытаться «перевоспитывать» главу семьи?

— «Перевоспитывать»?.. Вряд ли это вообще возможно со взрослым человеком, да и вовсе, думаю, о перевоспитании неуместно говорить даже в отношении ребёнка.

Искоренение пороков — это совместный труд, соработничество с Богом воспитателя и воспитуемого. Только вряд ли это стоит называть «перевоспитанием», но скорее «покаянным воспитанием», т.е. продолжением воспитания в человеке того лучшего, что в детстве было недовоспитано, недопитано, недокормлено, а потому не имевшего в нем силы противостоять худшему.

Должна ли она указывать ему на его ошибки? А кто ж ему ещё укажет, как не самый близкий человек? Другое дело — как? Можно ведь ткнуть как щенка... лицом в свою «лужу», а можно или деликатно подвести к пониманию ошибки, или конкретно указать на неё, но без язвительности, избегая того, в чем нет необходимости.

И, в конце концов, что значит «должна»? В смысле «имеет право»? Так на это Бог нам отвечает в самом повествовании о создании женщины из мужчины. Она — «помощница» (другой допустимый перевод — «восполняющая»), которая, согласно святоотеческому толкованию, для того и берётся из мужа, чтобы ей быть с ним «равночестной», и не было никакого основания для утверждений, что это какое-то другое существо, «не человек, а друг человека».

С протоиереем Игорем Прекупом беседовал Андрей Сигутин

Источник: http://pravmir.ru

Поделиться материалом

Submit to FacebookSubmit to Google PlusSubmit to TwitterVKJJ

Православие и проблемы биоэтики

К XXV Международным Рождественским образовательным чтениям Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства выпустила Сборник «Православие и проблемы биоэтики» по материалам сборников Церковно-общественного Совета по биомедицинской этике

Архив

            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Книги о семье