Вторник, 27 декабря 2016

Образование умирает, родители остаются

Как вырастить ребенка образованным человеком в условиях кризиса системы образования? Кто может прийти на помощь родителям в этом деле, а что находится в их собственных руках?

Реформы в школе начались четверть века назад, когда за партами сидело поколение родителей нынешних выпускников и студентов. С тех пор школьное образование переживает полосу бесконечных перемен и пребывает в затяжном кризисе. Но дети растут, и их учебу нельзя отложить до тех пор, пока дела в образовании наладятся. Что же делать родителям?

Этот вопрос я задала своим коллегам. На мои вопросы ответили, не советуясь друг с другом, двенадцать учителей — литераторы, математики, историки, преподаватели иностранного языка, географии и других предметов, а также школьный психолог.

О пользе кризиса

Первое и главное, к чему коллеги пришли, не сговариваясь, это неожиданный вывод: кризис образования возвращает семье ее место в воспитании и обучении ребенка. Родители слишком привыкли полагаться на школу: она дает знания, она социализирует ребенка… Но школа — крайне несовершенный, к тому же основанный на принуждении механизм социализации.

И кризис образования — это даже хорошо: он дает семье шанс подумать о смысле и целях образования. «Школе уже нельзя передоверить ребенка, — пишут коллеги, — и это хорошо: значит, ребенок возвращается в семью».

Известно, что «образование» — это калька с немецкого Bildung: придание образа, создание образа. И главное, о чем родителям стоит задуматься, — это тот образ, который они хотят придать своему подрастающему ребенку. И, естественно, насколько школьное обучение соответствует этой задаче.

Современная школа воспитывает наемного работника. Ее задача — обучить за определенное время и минимум денег максимум работников, которые должны будут найти свое место в рамках существующей экономики. Совпадает ли эта задача школы с теми задачами, которые ставит перед собой семья? Можем ли мы передоверить школе обучение своих детей?

Естественно, выбор школы значит очень много. В одной школе дети расцветают, в другой чахнут. «Попасть в хорошую школу» — главная задача, которую ставят перед собой родители. Они проводят маркетинговые исследования и меняют квартиры, чтобы поселиться в микрорайоне выбранной школы, они готовы идти на любые жертвы, чтобы обеспечить ребенку место в ней.

Потому что школа — это не только аттестат и знания, но и круг друзей на всю жизнь, и связи, и возможность поступления в нужные вузы — по сути, единственный еще как-то работающий социальный лифт.

Но впихнуть ребенка всеми правдами и неправдами в «топовую» школу, которая воспитывает победителей олимпиад и стобалльников ЕГЭ — вовсе не гарантия успеха. Не каждый ребенок нацелен на академические достижения. А успешность школы оценивается именно по ее академическим достижениям. И даже самые ярые приверженцы гуманистической педагогики, уверенные в том, что основная задача и семьи, и школы — это воспитать личность, на школьных собраниях ерзают и требуют перейти от этих абстракций к вопросу подготовки к ЕГЭ.

Бои без правил

Родители уже давно включились в образовательную гонку, в которой дети, как скаковые лошади, должны непременно прийти к финишу первыми. Их тренируют, натаскивают с малолетства, на них только что не делают ставки (впрочем, отношение к детям как к затратным инвестиционным проектам, которые должны в будущем окупиться, — уже не дикость, а общее место). Психологи уже не первый год говорят, что самый популярный родительский запрос к ним — определите, к чему у дошкольника есть способности, чтобы не промахнуться с выбором школы, не ошибиться с объектом инвестиций.

Появление ЕГЭ, олимпиад, школьных и вузовских рейтингов отформатировало эту систему; теперь желающие участвовать в гонке могут пытаться выбрать более или менее успешные стратегии победы. Беда в том, что правила несовершенны и часто меняются на ходу (статус олимпиад или введение школьного сочинения), коррупция превращает основанные на честности стратегии в безусловно проигрышные (так случилось со «сливом» решений ЕГЭ минувшим летом), а «оптимизация» образовательных учреждений то и дело ставит под угрозу само существование многих школ, в том числе из числа лидеров региональных и общероссийских рейтингов. Честно играть по этим правилам невозможно. Цена вопроса очень высока. Многие российские семьи не могут себе позволить обучение ребенка на платном отделении в хорошем вузе. И даже если ребенок попал на бюджетное — его часто ждет глубокое разочарование в выбранном вузе и специальности. Вузы тоже в кризисе.

Поэтому семьи, выбирая для себя игру по правилам, выбирают вместе с ней стресс, неврастению и панику для себя и своих детей: усилия детям и родителям приходится прикладывать максимальные, финансовые затраты огромные, однако конечный результат, если считать за таковой поступление в выбранный вуз на бюджет, не зависит ни от усилий, ни от затрат.

Некоторые семьи сразу отказываются играть по этим правилам. Иногда все понятно с самого начала: особенности ребенка вообще не позволяют ему удержаться в школьной среде. Иногда родители видят конечную цель образования в формировании личности, а не в попадании в вуз, иначе расставляют приоритеты, чувствуют в себе достаточно способностей учить ребенка самостоятельно — отсюда хоумскулеры, приверженцы семейного обучения. Однако нельзя сказать, что их жизнь вполне избавлена от стрессов и паники: государство и здесь сужает поле возможностей в области экстерната и семейного обучения, прикрывает школы надом­ного обучения…

Кажется, куда ни кинь, всюду клин. Невозможно выиграть у шулера, невозможно просчитать, как быть.

Похоже, в этой ситуации как никогда актуален циничный совет расслабиться и получать удовольствие.

Гулять, играть,  исследовать

Самое главное, наверное — это твердая уверенность, что школа для ребенка и его семьи — это не вся жизнь. Что оценки означают только одно: работа ребенка соответствует или не соответствует требованиям этого учителя в этой школе. Что жизнь семьи, ее отпуска и каникулы, ее праздники, настроение и отношения друг с другом не могут и не должны зависеть от школьных оценок ребенка.

И даже если ребенок не особенно хорошо учится в школе — за ее пределами должны существовать не только уроки и компьютер, но и большой, разнообразный, интересный мир.

Знакомство с этим миром тоже стоит начинать не с сидения за партой и не с предъявления карточек по Доману и презентаций с картинками. Ребенок учится, познавая предметный мир, — так надо дать ему материал для познания мира. И не торопиться каждую минуту впихивать ему в голову академические знания, повторяя на пляже устный счет. На пляже лучше плавать и строить замки из песка. Поле и речка, огород и прабабушкин курятник, муравейник в лесу, птицы в кормушке дают множество материала для «развивающих занятий». Только, разумеется, не в лекционной форме. Самое лучшее — разговаривать, вместе рассматривать, вместе изучать.

Важно учить ребенка что-то делать своими руками. Человек, умеющий держать в руках только вилку или компьютерную мышь, лишен чего-то очень существенного в жизни. Здесь на помощь придут многочисленные кружки, студии и эпизодические мастер-классы. Но можно и собраться с друзьями — и по очереди чему-то учить детей: вязать, готовить, красить стены, клеить обои. Иногда при этом можно помочь другим людям. Никогда, кстати, я не видела на лицах наших дачных детей такого азарта, как в те полтора часа, когда они, движимые тимуровскими побуждениями, тайком уложили кучу привезенных немолодой соседке дров в поленницу под крышей — от надвигающегося дождя.

Важно не торопиться. Не предлагать ребенку все ответы до того, как у него появились вопросы. Если торопиться, вопросы могут не появиться никогда. Современные психологи все чаще говорят о том, что дети, которым слишком торопились всё рассказать об устройстве мира, теряют желание изучать этот мир.

Для дошкольника важно играть. И с другими детьми, и со взрослыми. Игра — это не пустяк: в игре ребенок учится воле и выдержке, планированию своих действий, спокойному отношению к проигрышам и поражениям, настойчивости, — всему тому, что потом так нужно в школе. Более того, играя вместе со взрослым в одной команде, ребенок может перенять более сложные стратегии. Некоторые семьи держат дома большой запас настольных игр, которые обеспечивают и взрослых, и детей хорошим общим занятием на целые вечера.

 Даже всеми проклятых компьютерных игр не стоит бояться, если родители играют в них вместе с детьми: ничто так не укрепляет родительско-детские отношения, как совместно выигранный раунд «Конкистадора» или несколько партий в «Крокодил». Многие выросшие дети сейчас с удовольствием вспоминают уютные вечера, когда вместе с папой бегали по инопланетным лабиринтам и спасались от космических монстров.

И телевизор вместе можно смотреть, если выбирать, что именно смотреть, и обсуждать то, что видишь. Например, лет в 10, когда дети начинают входить в возраст бурной социализации, многие с удовольствием смотрят подростковые сериалы вроде «Ранеток» или «Кадетства». Одни родители брезгливо запрещают смотреть «эту гадость», другие смотрят вместе с детьми и обнаруживают, что на примере телевизионных историй с ребенком можно спокойно обсудить сложные этические проблемы, поискать пути выхода из конфликтных ситуаций, задуматься о причинах поступков других людей.

Главное — не пользоваться телевизором, компьютером и планшетом как заместителями родителей.

Разговаривать

А вот бабушек и дедушек мобилизовать для разговоров с ребенком, чтения ребенку, прогулок с ребенком — милое дело. Только надо убедиться, что и родители, и бабушки с дедушками одинаково хорошо понимают разницу между «разговаривать с ребенком» и «говорить в сторону ребенка».

Разговаривать — как можно больше. Кто с ребенком больше всего общается, тот его и формирует. Однако процесс общения в самом деле сильно отличается от процесса выдачи ценных указаний. Разговор может быть только равноправным, доверительным и уважительным — о мыслях, чувствах, текущих событиях, о прочитанном и увиденном, о политических новостях, об устройстве общества — обо всем, что интересует ребенка.

При этом очень важно и самому его спрашивать, и на его вопросы отвечать уважительно и толково, не отделываясь отговорками: «потому что потому», «спроси что-нибудь полегче», «нос не дорос», «вырастешь — сам поймешь»… Это исключает всякую возможность диалога.

И — рассказывать. О себе, своих делах, своей работе, если вы ее любите. О своем прошлом: история страны в рассказах родителей и бабушек-дедушек — всегда красочнее и ближе, чем в учебнике.

Чтение вслух — просто обязательно. Именно чтение вслух дает темы для дружеских и доверительных разговоров, материал для обсуждения и колоссальные возможности для обучения новому — причем в спокойной и дружелюбной обстановке.

А вот делать уроки лучше не с мамой и не с папой, особенно если они заводятся с пол-оборота. Лучше или спокойного репетитора нанять, или с дружественными родителями договориться, чтобы дети делали уроки вместе, а присматривать за ними и помогать им по очереди (при чужих и дети, и родители постесняются устраивать сцены). И родительская роль здесь — именно помогать, а не стоять над душой. Не размахивать кнутом и пряником, а учить ребенка планировать работу, организовывать ее, контролировать себя.

Гулять и общаться

Домашние библиотеки, лаборатории и домашние творческие проекты, совместные опыты, совместное чтение, совместные разговоры — именно это, а не ранняя подготовка к школе, формирует прочный фундамент для желания учиться.

Впрочем, если удастся найти ребенку кружок, где дети и взрослые увлеченно заняты каким-то делом — это ему только на пользу. Система дополнительного образования еще существует. Есть кружки при школах, есть дома детского творчества (бывшие дома и дворцы пионеров), — и здесь надо очень внимательно изучать существующие в окрестностях возможности.

А если их не существует — создавать их самостоятельно: кооперироваться с друзьями и придумывать для своих детей и детей своих друзей походы, поиски кладов, вылазки на природу. И научные кружки, разумеется (скажем, в книжке А. К. Звонкина «Малыши и математика» описан именно такой опыт).

И обязательно, если нет возможности много путешествовать, — ходить и смотреть даже в своем городе: как приходят на вокзал и уходят поезда, куда едут, что везут. Как работает аэропорт, как загружают самолеты, как они взлетают и садятся. Как отправляют посылки, какие в порту стоят корабли, как и когда сажают деревья, как работают светофоры на перекрестках, как шьют одежду и обувь, как чинят вещи, как растет пшеница… Обязательно нужны экскурсии на производство, и, если нет возможности их организовать, родители могут рассказывать детям о своей работе, приводить детей к себе на работу. Редакция газеты и вечерняя школа, трамвайное депо и завод, проектное бюро и нотариальная контора — детям полезно видеть изнутри, как устроена реальная жизнь, а еще полезнее — видеть маму и папу в роли уважаемых и компетентных работников, умеющих делать интересное и полезное дело, этим делом увлеченных. Родители открываются для детей, видящих их дома в положении «дайте мне лечь и тихо помереть», с совершенно новой стороны.

Кстати, для профессионального самоопределения у нынешних детей тоже больше возможностей, чем у детей предыдущих поколений. Для них есть проекты, позволяющие познакомиться с азами профессий, взглянуть на них изнутри — например, «Булки не растут на деревьях» (http://boolkee.ru/ ), экскурсии на производство ProektPro (http://proekt-pro.ru) — аэропорт, больница, редакции, радиостанции и тому подобное. Многочисленные туристические фирмы предлагают самые разные детские экскурсии — правда, обычно со стандартным набором: хлебозавод, «Кока-кола», завод елочных игрушек, «Мосфильм», народные промыслы, но можно найти и типографию, и авиационный завод, и оптико-механический, и театральное закулисье, и пожарное депо, и даже Госдуму.

Общаться  и путешествовать

Более того: у родителей есть знакомые, а эти знакомые обычно — интересные люди, если уж мама с папой решили с ними дружить. А вот самое лучшее образование — это передача знаний и опыта от человека к человеку. Детей надо знакомить с интересными людьми. Даже если ребенок тихо сидит и слушает взрослый разговор — ему это иной раз дает больше, чем целая неделя школьных уроков или целый день бабушкиных нотаций. Ну, разумеется, если это не разговоры про «все бабы дуры».

А еще есть публичные лекции, на которые детей можно водить, и записи этих лекций в интернете, есть выставки, театры, музеи и концерты.

Если ребенку трудно читать толстые программные книги — существуют экранизации и театральные постановки пьес и инсценировки романов, только это тоже надо делать вместе, иначе ничего не выйдет.

Даже если ребенок остается в обычной массовой школе — существуют вечерние кружки в других школах, летние и каникулярные программы, экспедиции, лагеря, где чадо можно не только развлекать, но и занять делом.

Если позволяют время и деньги, надо путешествовать. Увидеть мир глазами и потрогать руками — совсем не то, что прочитать про него в учебнике или даже посмотреть по телевизору. Когда ребенок сам видит, как в стране собирают оливки и жмут виноград, как вдоль дороги растет хлопок, как выглядят городские кварталы, когда понимает, к примеру, что все машины на дороге этой страны — иностранные, с ним гораздо проще обсуждать структуру экономики и причины экономического кризиса, чем на уроке географии.  

Помогаем учиться

Разумеется, школьную программу так или иначе надо осваивать. И в столице, и в других городах сейчас существует еще некоторое количество неказенных школ, где работают интересные учителя. Вот, пожалуй, интересные и доброжелательные учителя — это именно то, что стоит искать для своего ребенка. Это, возможно, даже важнее, чем школьные рейтинги и статистика по поступлению выпускников в топовые вузы. Недаром при поступлении в школу всегда говорят: ищите не учебное заведение, а первого учителя: именно от него будет зависеть, как у ребенка с самого начала сложатся отношения со школой.

Иногда кажется, что выучить ребенка в школе невозможно без репетиторов по всем предметам. Это обусловлено и перенасыщенностью школьной программы, и тем, что учителя часто не в состоянии проконтролировать, где и какие у каждого ребенка образовались пробелы — не то что восполнить их. И с тем, что дети сами не привыкли задавать вопросы и просить о помощи. Важно еще учить ребенка не стесняться спрашивать, если он чего-то не понимает, уточнять и выяснять. Наша учительница французского языка говорит: «Дети часто пассивны в учебе. Главное — не бояться интересоваться, узнавать всегда, не оставлять непонятым, задавать вопросы, думать и размышлять не только когда надо делать уроки, а просто всегда — вот чему родители должны учить детей. Особенно, если этому не учат учителя в школе».

Но и родительская самоорганизация здесь может очень многое: один занимается со своими и соседскими детьми иностранным языком, другой математикой, третий физикой: спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Кстати, храмы здесь могут помочь своим прихожанам, бесплатно предоставив помещение для занятий (в некоторых храмах прихожане-преподаватели давно занимаются с детьми на добровольных началах — кто английским, кто русским, кто рисунком…)

Иногда родительская самоорганизация приводит к удивительным результатам: именно так в начале девяностых годов прошлого века появились хорошие авторские школы, многие из которых работают и сейчас.

Из желания одной мамы научить чему-то своих детей и добровольной некоммерческой работы увлеченных своим делом ученых и педагогов родился проект видеоуроков «Ученые — детям» (http://childrenscience.livejournal.com).

Кстати, интернет-уроки — реальное спасение для отстающих, запустивших учебу, много и часто болеющих. Самая большая, наверное, подборка уроков по всем школьным предметам — тут: http://interneturok.ru/ru.

Не у всех получится и не всем годится, но восполнить то, что недодают в школах, за счет возможностей интернета — вполне реально, тем более что уже существуют не только интернет-уроки, но и репетиторство по скайпу. Можно заняться ручной сборкой подходящих программ по проседающим предметам; это особенно удобно, если одновременно освоить возможности предусмотренного законодательством индивидуального учебного плана, экстерната или семейного обучения.

Старшие дети и родители найдут курсы лучших мировых вузов на «Курсере» (www.coursera.org). Там, кстати, есть курсы российских вузов на русском языке, а некоторые курсы снабжены русскими субтитрами. Умные старшеклассники, разумеется, найдут много интересных лекций на английском TED (www.ted.com) и русском T&P (theoryandpractice.ru); кстати, для москвичей здесь есть список всех примечательных публичных лекций и открытых мастер-классов на ближайшие даты, и курсов, на которые можно записаться в ближайшие полгода. Это курсы для взрослых. Но, как правильно заметил один из наших математиков, «ребенку очень полезно видеть, что его родители что-то учат сами прямо сейчас. Так что вместо того чтобы отдавать ребенка очередному репетитору, стоит взять репетитора себе и наконец выучить испанский язык, научиться играть на флейте и так далее».

Покой и воля

При всем обилии занятий, курсов, кружков нужно оставить ребенку некоторое личное пространство. Иногда родители гордо говорят: «у меня ребенок постоянно занят, ему некогда заниматься глупостями». А ученик иной раз тихо пожалуется: у меня второй месяц лежит интересная книжка, а дочитать некогда, все время находятся более срочные занятия. Вот это время побыть наедине с собой, по­думать, почитать, никуда не торопясь, — это очень важное время для формирования человека, его нельзя отнимать и лихорадочно заполнять разнообразными учебными занятиями.

Больше того, каждый ребенок рано или поздно переживает период охлаждения к любимому делу. Каждый проходит через усталость и разочарование. От непрерывной учебы наступает некоторое отупение. И в это время надо позволить ребенку отойти в сторону и переключиться на то, что ему сейчас интереснее. Если он действительно любит математику или китайский — он вернется, хотя, может быть, нагнать будет труднее. Если нет — лучше оставить нелюбимое дело сейчас, чем на пятом курсе платного вуза.

Поступление в вуз — не конечная цель процесса образования. И получение диплома тоже. Но само по себе бесконечное образование — тоже не самоцель. А что — цель?

Давайте думать.

Ирина Лукьянова

Источник: http://foma.ru

Поделиться материалом

Submit to FacebookSubmit to Google PlusSubmit to TwitterVKJJ

На все ли человек имеет право?

Книга доктора философских наук, заведующей кафедрой биоэтики Российского медицинского университета им. Н. И. Пирогова, профессора И. В. Силуяновой знакомит с серьезными этическими проблемами и опасностями, порождаемыми применением ряда новых биомедицинских технологий, дает их оценку с точки зрения христианской этики.

Архив

            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Книги о семье